...сам Фуко признавал адекватными только две рецензии на свою книгу — Бланшо и Ролана Барта. Хотя, конечно, не только поэтому — ведь автор «Истории безумия» считал Бланшо одним из «духовных отцов» своей книги, а в юности даже мечтал писать «как Бланшо». При этом удивительно, что, несмотря на такую взаимную «отзывчивость», они не просто не общались друг с другом, но даже никогда не встречались, если не считать единственного раза во время майских событий 68 года. ... Разум и безумие, норма медицинская и нормы морали, знание и подчинение, сексуальность и контроль — вот силовые поля, которые притягивали мысль Фуко. Про «Историю безумия» Бланшо пишет: «это не столько история безумия, сколько набросок того, что можно было бы назвать «историей пределов» — тех смутных, необходимо забываемых сразу же по свершении жестов, которыми культура отбрасывает что-то, что будет для нее впредь Внешним».

«Книжная витрина»